Останнє у блогах

Більше

Архів


Не покой, но свет

Марина Бердичевська, 20.05.2009 13:01

Сидели вчера вечером с Ланой Куйбиной, говорили о журналистике и ЛИЧНОСТЯХ, у которых нам с ней посчастливилось брать интервью. Лана рассказывала, как потряс ее Никита Михалков в личном общении. Говорили о кино, об актерах. Она рассказывала мне о картине «Любовник», которой я до сих пор не посмотрела. В ней играют Сергей Гармаш и Олег Янковский... Заговорили о Янковском. «Вот у него бы взять интервью...», - вздохнула я. «Да уж конечно...», - вздохнула в унисон Лана. Мы не знали о том, что он болен. Не знали, что умирает.

И вот сегодня его не стало. И как-то стыдно и нелепо, что истинный масштаб человека и актера начинаешь осознавать только тогда, когда его не больше нет. И глупо, что, только взрослея, начинаешь видеть глубину каждого его жеста и каждого взгляда. Буквально недавно говорила кому-то, что Янковский для меня - прежде всего Мюнхгаузен. Он и правда просто врос в эту роль, да так, что ни шовчика видно не было. А теперь вспоминаю, что буквально недавно пересматривала «Обыковенное чудо» и «Мой ласковый и нежный зверь» и диву давалась, как же в юности я не чувствовала силы этого взгляда, как не понимала, что все «Обыкновенное чудо» строится и держится прежде всего на волшебнике, которого просто гениально играет Олег Янковский.

Я просто полистала интервью с Янковским, сделанные в последние годы. И делюсь некоторыми особо поразившими меня отрывками. Хочется помнить о нем светло, хочется верить, что ТАМ он заслужил не просто покой, но свет. 

«Никогда не мечтал ни о какой роли. Что толку мечтать-то? Нет, изначально нас ведут по жизни, и надо это чувствовать. А уж тем более в актерской профессии. Она же... от Господа Бога, наверное? Вот как в этой профессии происходит все? Кто знает? Евгений Павлович Леонов не сыграл ни Гамлета, ни короля Лира, а парил над всеми ролями. Когда я стал матереть, стал задумываться, что такое моя профессия? Просто играть или что-то привносить в нее? Я ведь не только актер, я живу в обществе, знаю, чем оно больно, и вот делиться болью - это миссия в нашей профессии».

«Только плохой артист играет совсем всерьез. У хорошего всегда есть какое-то отстранение. И он в этом отстранении всегда позволяет себе немного подмигнуть зрителю».

«Все-таки главное в искусстве - состояния. И сказал мне об этом Тарковский. Я это на всю жизнь запомнил. В институте учили - характер, характер. Все же нет. Вы сами подумайте, как бы мы ни разнились, но, например, состояние абсолютного счастья или горя или зависти, все равно переживаются всеми примерно одинаково.

Тарковский был весьма закрытый человек, и не всякого подпускал к себе, но у меня с ним идеальные отношения сложились на "Ностальгии". Мы вдвоем с ним там были. Потом он сказал мне: Олег, я хочу главные кадры своей жизни снять. Ты пока текст плохо знаешь. Мы сцену без слов снимем - проход со свечой. Сможешь сыграть жизнь и смерть? Я говорю (с лукавым легкомыслием): Андрей, ну, конечно, могу. Этой сценой со свечой я, наверное, больше всего в жизни горжусь».

«А я уже отказался недавно играть Сталина. Не стал бы играть Воланда. Потому что к этому нельзя прикасаться. Не ко всему роману - к Воланду. Как и не согласен я с картинами, где разные актеры изображали Христа. Трогать не надо ни одной стороны, ни другой. Вы понимаете, о чем я говорю. Ни добро, что мы называем Господом Богом, ни зло, что мы называем дьяволом. А Сталина я отказался играть, потому что нельзя артисту играть человека, не сострадая ему».


* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Shift+Enter.

Про автора:
Політичний оглядач газети «Аргументы и Факты в Украине»


Коментарі наших відвідувачів:


+ Додати
 введіть код  

Всі записи:

Головна RSS